- Да, сэр! - щелкнул каблуками Аде.

- То-то...

Покорность сержанта несколько смягчила Хора.

- Ты остаешься здесь и головой отвечаешь мне за каждого, кто находится на вилле. За каждого!

Последнюю фразу майор произнес подчеркнуто, по слогам.

В саду послышались топот тяжелых солдатских ботинок и громкая речь. Десантники группы "Эй" возвращались совсем не так, как уходили прочесывать берег: теперь, когда они обеспечили высадку трех батальонов отлично вооруженных наемников, они были уверены в победе.

Хор насмешливо поднес руку к берету.

- А вы, господа, можете продолжать ужин. Впрочем, мы еще встретимся. Во всяком случае, мистера Корнева я обязательно приду проводить на аэродром. Когда его будут высылать.

Он расхохотался, довольный своим остроумием, легко перемахнул через перила веранды и скрылся в темноте.

- Вот и все, - глубоко вздохнул Мангакис и вытер взмокший лоб салфеткой.

- Я в этом далеко не уверен, - задумчиво произнес Корнев.

- Тогда...

Мангакис выпрямился, хотел что-то сказать...

Корнев молча ждал, но советник раздумал.

- Бедняга Гвено, - словно про себя произнес он. - Они его изувечили.

Мангакис склонился над Гвено, легонько похлопал его по щеке, сильно подул в ноздри. Тот застонал и открыл глаза.

- Они... ушли?

Голос Гвено был хрипл и прерывист.

- Где... Хор?

Корнев удивленно вскинул голову:

- Вы его знаете?

Гвено с трудом выпрямился в кресле и попытался улыбнуться:

- Если Хор ушел... жаль.

- Но он убил бы вас! - вырвалось у Мангакиса.

Гвено покачал головой:

- Мы... будем его судить...

Он с трудом поднес к глазам распухшую руку. Лицо его напряглось, губы чуть шевелились. Он смотрел на свои часы.

- Не могу, - сказал он в отчаянии. - Я ничего не вижу.