Президент Горбачев был занят урегулированием конфликта в Персидском заливе. В Москву прибыл личный представитель Саддама Хусейна министр иностранных дел Ирака Тарик Азиз. Оценив ситуацию в заливе, М. Горбачев в целях избежания дальнейшей эскалации конфликта предложил конкретный план действий. Это была «очень детальная, четкая, продуманная программа политического урегулирования». Как сообщают газеты, Тарик Азиз немедленно, не теряя ни минуты, вернулся в Ирак, ему даже был предоставлен специальный самолет до Тегерана. У такого решительного президента не нашлось нескольких минут на подписание указа о введении чрезвычайного положения на всей территории Южной Осетии, где бесчинствовали грузинские бандформирования.

11 февраля 1991 года в открытом письме Президенту СССР депутаты Владикавказского Совета народных депутатов заявили, что «ситуация в Южной Осетии уже вышла за рамки локального межнационального конфликта и приобретает формы геноцида по отношению к осетинскому народу».

«...Весь мир, готовый протестовать после гораздо меньшей по масштабам трагедии в Прибалтике, воспринимает попытку лишить права на существование целый народ как третьеразрядное событие „где-то там на Востоке“. Гамсахурдиа мог бы предложить всем народам, населяющим республику, идти в независимость вместе с грузинами. Вместо этого он требует от них оставить дома и землю и переселиться куда-нибудь в СССР, то есть превратиться в сотни тысяч беженцев. К этому же вынуждают осетин, применяя против них террор, голодную блокаду, убийства, захват заложников, поджоги, конфискацию любой их собственности... Москва имеет в этом регионе войска, но им приказано соблюдать нейтралитет.