— Ой что было, — верещит девушка. — Они как стали вываливаться в двери, а я из автомата… Я из автомата. А потом… вот эти парни подошли, — она кивает на своих сопровождающих.

Черноволосый парень усмехнулся.

— Она так стреляла, что бандита не одного не задела, зато мы крутились под ее пулями, как черти.

— Неправда…

— Хватит болтать, — останавливает ее Шкловский, — все по местам. Ира, оружие в автобус и бегом на улицу, в машину к нашим друзьям. Лейтенант, туда же. Пленного в машину Захри, а самого убитого…, запихнем на ящик.

Я поспешно сбрасываю бронежилет на пол, скидываю липкие, грязные штаны, автомат и пистолет закидываю в автобус. Документы и мобильный телефон держу в руках. Теперь полуголый, в одних трусах, бегу в след за Ирой. На полуосвещенной улице, недалеко от ворот цеха уже стоит черный «Форд» израильтян и машина Захри. Мы усаживаемся на заднее сидение «Форда».

В боковое окно машины видно, как и ворот выводят связанного Самирова и запихивают в соседнюю машину. Но вот на улицу выполз автобусик. Он заворачивает направо и наша машина и машина Захри едут за ней. Полутемный город проскакиваем за час и вскоре ровная дорога среди пустыни приняла нас.

— Ты чего раздетый? — слышу Ирин голос.

— Попал в какую то грязь, пришлось скинуть одежду…

— То-то я чувствую вонь.

— Полз через вытяжку, а та вся забита чем то забита…

— Неужели все кончилось?

— Не знаю. Надо еще проскочить границу.

— С этой бомбой?

— Майор решит, что с ней делать.

Катим по дороге уже два часа. Ира забилась в углу, а я прижался к мягкой спинке и обхватил себя руками, пытаясь сохранить тепло. Неожиданно машина съехала на неровную дорогу и нас стало неприятно раскачивать и подбрасывать. Примерно через двадцать минут, впереди нас идущий автобусик остановился. Мы тоже остановились. Распахнулась дверь и я увидел звездное небо и темные фигуры на его фоне.