— Но ведь даже с проводником, он все равно выйдет на железку.

— Выйдет, но он может добраться и до шоссе. Не будем же мы на юге фильтровать все виды транспорта, нам этого никто не позволит и сил столько нет. Единственное что нужно, это на всех станциях, у всех дорожных забегаловок, бензоколонок установить дозиметры, вдруг повезет.

— Куда мы сейчас?

— На юг. Будем организовывать поиск там. Поехали в аэропорт.

Шкловский сидит со мной рядом в самолете и я стараюсь выяснить кое что у своего начальника.

— Узнали, кто такой Карим Самиров?

— Да, посредник. Сейчас в нашу историю втянулось много людей из контрразведки и ФСБ, они предполагают, что Самиров работает на одну из организаций в Ираке.

— Интересно, зачем Кариму приходится так рисковать, воровать и организовывать провоз радиоактивного Цезия почти через всю страну.

— Идея у этих ребят проста. Если цезий заложить в любую бомбу или головку ракеты, то после ее взрыва вся местность на сотни километров, загадится радиоактивными отходами. Это и есть пресловутая "грязная бомба". Террористы на ее создание денег не жалеют, вот и сейчас пронюхали, что в безжизненных районах нашей страны есть дармовый цезий и послали вывести его, этого дельца, Самирова.

Шкловский укатил на ближайшую железнодорожную станцию, организовывать поиск на железной дороге. Перед отъездом он достал в местном управлении ФСБ радио телефоны и один передал мне.

— Лейтенант, будем все время на связи, мой номер найдешь на экране…

— Хорошо.

И вот я же застрял на посту ГАИ, центрального шоссе Иркутск- Москва. Со мой два милиционера, майор Пряничников и капитан Сароян.

— Такой поток машин, разве можно поймать тех, кто провозит железный ящик? — спрашиваю я Сарояна.

— Может быть и можно, как повезет. Вы же говорите, что груз очень тяжелый, значит, чтобы не вызывать подозрения у водителей легковых машин, я думаю, перевозить его будут в грузовиках, не загруженных или полу загруженных. Вот ими и займемся.