Темнело. Втроем они коротали время у очага, когда с миссис Дамфи вдруг что-то приключилось. Она выронила сверток, руки ее бессильно упали, взгляд остановился. Гэбриель окликнул ее, потом потряс за плечо, но женщина не слышала его призыва. Олли зарыдала.

Плач девочки пробудил миссис Дамфи. По-прежнему не двигаясь, она заговорила, но каким-то странным, не своим голосом.

- Слышите? - Гэбриель сделал знак Олли, и та замолкла. - Они едут!

- Кто? - спросил Гэбриель.

- Спасатели.

- Где же они?

- Далеко, очень далеко. Только еще выезжают. Я вижу их: двенадцать мужчин на лошадях, навьюченных припасами. Их ведет американец; остальные все иностранцы. Они едут к нам, но они еще далеко. Ох, как далеко!

Гэбриель сидел, устремив взгляд на женщину, ни словом не прерывая ее. Она замолкла; можно было подумать, что она умерла. Потом заговорила снова:

- Солнце светит, пташки поют, трава зеленеет на дороге. Но они еще далеко. Ох, как далеко!

- Знаете вы кого-нибудь из них? - спросил Гэбриель.

- Нет.

- А они знают нас?

- Нет.

- Почему же они едут сюда и откуда известно им, что мы здесь?

- Тот, кто ведет их, видел нас.

- Видел?

- Да, во сне.

Гэбриель присвистнул и поглядел на сверток с воображаемым младенцем. В речах безумной женщины могло быть нечто сверхъестественное или провидческое, - это Гэбриель допускал, но чтобы неведомый ему мужчина, не страдающий к тому же от голодного бреда, тоже оказался провидцем - это уж слишком! Все же, собрав весь свой оптимизм и природное добродушие, он спросил:

- Каким путем они поедут?

- Сперва по цветущей долине, потом берегом сияющей на солнце реки. Они перевалят через горы и вступят в другую долину, которая обрывается круто вниз к бурному потоку. Вот он рядом, бежит по камням. Взгляните на эту долину! Вон там, за снежным пиком! Вся в цветущей зелени! В каплях дождя! Ну поглядите же! Вон там!