Он помолчал, потом тихо, но выразительно добавил:
— Теперь нам нужен Запад.
Брови Медведева едва заметно дрогнули, и тут великий князь, резко повернувшись, стал горячо и быстро задавать ему вопросы — один за другим, — почти не дожидаясь и не слушая ответов-
— Скажи, Василий, ты знаешь, какие земли составляют основную часть Великого Литовского княжества?
— Русские, государь.
— А язык, который считается в том княжестве державным и коим говорит три четверти его жителей — какой это язык, Василий?
— Русский, государь.
— А может, ты мне скажешь, какую веру исповедует большинство подданных этого княжества?
— Православную, государь.
— Верно, Василий, все верно… Вот я Божьей милостью именуюсь: Великий князь Московский и Русский. А помнишь, как звучит полный титул
короля Казимира IV?
— Да, государь. Король польский, великий князь Литовский и русский.
— Вот видишь, Василий, — «и русский»».
В голосе великого князя прозвучала глубокая и, казалось, искренняя горечь. Теперь он заговорил медленно и печально, будто на похоронах;
— Одна земля, один язык, одна вера, и два великих князя. Хорошо ли это?
Медведев молчал.
Колокол медленно и осторожно начали поднимать на звонницу.
Великий князь некоторое время наблюдал за неторопливым, плавным движением колокола вверх, потом вздохнул и решительно повернулся к Медведеву:
— Ты вырос на рубеже, и его обычаи тебе хорошо известны. Я посылаю тебя на другой рубеж.Самый западный. Твои земли вдаются клином в земли Великого княжества Литовского, а рубежом служит река Угра. Твои соседи на том берегу —князья Вельские и их люди.