- Прекратите, - резко приказал Траутман. - Перестаньте вести себя как несмышленые дети. - Он повернулся к Сингху: - Вероятно, лучше всего этот день выждать здесь. Как только стемнеет, мы постараемся незаметно приблизиться к "Леопольду" и прокрасться на борт. Если повезет, то мы сможем освободить Арронакса и членов его экспедиции до того, как Винтерфельд успеет заметить, что мы рядом. Крис, выключи, пожалуйста, автоматическое управление. Мы останемся здесь до наступления сумерек.

Крис бросился со всех ног выполнять поручение, а Майк спросил:

- А как же батискаф? Я имею в виду, что даже если нам удастся освободить профессора, то у Винтерфельда все равно останется батискаф.

- А какой от него прок Винтерфельду без Арронакса? - спросил Траутман. Он помолчал немного и добавил, покосившись на Бена: - В крайнем случае, мы можем повредить его. Конечно, это убьет профессора, но в качестве последнего выхода...

Приглушенный звук выстрела донесся до них через водное пространство как отдаленный раскат грома, едва слышный только-только на грани восприятия. И все же Траутман ошеломленно замолчал, обернулся и удивленными, широко раскрытыми глазами уставился на запад.

- Но это же... - пробормотал Траутман.

Он тут же сосредоточенно вслушался, а через секунду и Майку удалось расслышать нечто знакомое: очень тихий, тонкий свист, который стремительно приближался и становился громче. Ему уже приходилось слышать подобные звуки.

- Но как же так? - ахнул Траутман. - Германцы не могут видеть нас.

Возможно или нет, только все они очень хорошо знали, что означает стремительно приближавшийся свист. Не успели они прийти в себя, как снаряд с невероятным грохотом шлепнулся о поверхность воды. Водяной столб высотой с башню взметнулся вверх. Хотя недолет составлял около сотни метров, "Наутилус" закачался на волнах, резко ударивших в борт подлодки.