Кто-то пошлепал Майка по щекам: легко, так что вовсе не было больно, но довольно настойчиво и равномерно, поэтому совершенно невозможно было продолжать то, что ему хотелось больше всего на свете - спать. Майк медленно приоткрыл левое веко, увидел темное, обрамленное черными кудрями лицо над собой и снова закрыл глаз.
- Оствмнявпкое, - невнятно пробормотал он.
Но Сингх терпеливо и методично продолжал шлепать Майка то по левой, то по правой щеке, пока тот наконец не открыл глаза и не схватил Сингха за руку:
- Я думал, ты мой телохранитель, а ты так мучаешь меня, как будто тебе за это заплатили!
На лице Сингха появилась слабая улыбка.
- Очнитесь, господин, - сказал он.
- Если в этом все дело, то не переусердствуй, - пожаловался Майк.
Ему не хотелось шевелиться. Он видел такой увлекательный, полный приключений сон... Ему приснилось, что "Наутилус" напал на немецкий военный корабль и при этом был так поврежден, что...
Приснилось?
Майк рывком сел, так что Сингх даже отпрянул от неожиданности. Это был не сон! Они действительно атаковали "Леопольд", и подлодка была серьезно повреждена. По крайней мере, последнее, что он мог вспомнить, было то, что Траутман полностью утратил контроль над подлодкой и "Наутилус" начал стремительно погружаться в морскую пучину.
- Что случилось? Где мы? - спросил он.
- Не волнуйтесь, господин, - ответил Сингх. - Все в порядке. Никто серьезно не пострадал.
- Ну, это с твоей точки зрения, - сказал хорошо знакомый гнусавый голос, и Майк наконец осознал, что все это ему не снится. Он повернулся и взглянул в лицо Бена, который гневно поглядывал на Сингха из-под свежей повязки на лбу. При случае мы, пожалуй, обсудим точное значение выражения "никто серьезно не пострадал". Я-то чуть себе череп не раскроил.