Можно вполне представить себе грузинского мыслителя, который скажет о Мушни Зарандиа и судьбе Грузии именно так, как сказал Леонтьев об Алексее Вронском и судьбе России.

Конечно, это только одно из возможных "толкований" образа, созданного Чабуа Амирэджиби. Но высокая ценность его романа ярко проявляется и в том, что многообразие толкований возможно.

Я не сомневаюсь, что роман Чабуа Амирэджиби - замечательное творение, достойное полуторатысячелетней истории грузинской литературы.

Вадим Кожинов