- А теперь?

- Теперь это - тренировка глаза. Вот скажите: верно схвачено вечернее освещение? Я был там только раз и всего минут десять. Нарочно не хожу больше, пока не закончу. Как с освещением, а?.. В остальном-то я уверен, - небрежно добавил Кручинин.

- В чем вы уверены? - не понял Грачик.

- В деталях: церквушка и... вообще все это, - Кручинин широким движением как бы очертил изображение погоста.

Место, воспроизведенное на холсте, было знакомо Грачику. Он любил бывать там именно вечерами и был уверен, что хорошо представляет себе и старенькую церковь и окружающий ее характерный пейзаж. И Грачику показалось, что, несмотря на уверенность, Кручинин передал все это на полотне не совсем верно. Был выписан ряд деталей, которых там в действительности не было. Вот, например, могильные кресты: они вовсе не стояли так - вразброд, в "фантастическом" беспорядке, будто нарочно выдуманном художником. И вон та покосившаяся живописная скамеечка слева от калитки кладбища тоже не покосилась, как у художника, - Грачик не раз сиживал на ней, любуясь закатом и, право, никогда не замечал такой "художественной" кривизны. Не видел там Грачик и остатков ветхой изгороди в углу, у обрыва. Ей-ей, Кручинин немало нафантазировал! В этом, разумеется, нет ничего дурного, - какой же художник не дополняет натуру тем, что ему хотелось бы на ней видеть?! Но зачем же тогда разговоры насчет тренировки глаза и прочее?!

- Вы подрисовали тут кое-что от себя, - мягко сказал Грачик и указал на занимающую передний план гранитную плиту заброшенной могилы. - А вот и просто ошибка, смотрите.

На могильном камне ясно виднелись высеченные цифры. Но в дате - "1814" Кручинин почему-то старательно выписал четверку задом наперед.

- Это художественная деталь, выдуманная вами для... оригинальности? - не без удовольствия заметил Грачик.

- Ради оригинальности? - спокойно переспросил Кручинин, и на мгновение брови его сошлись у переносицы.