– Иди-ка сюда, ежик, – крикнул он Поле. Она проскользнула в дверь и села около него, держа наготове блокнот и карандаш. Феннер покачал головой:

– Я не собираюсь ничего диктовать. Просто посиди со мной.

Пола смиренно сложила руки на коленях.

– О'кей. Я еще не была в роли бессловесной сиделки. Не поддаваясь на ее ехидные замечания, Феннер задумчиво произнес:

– Может быть, надо было сообщить о деньгах полиции, и они помогли бы мне выйти на след. Гроссета интересует этот китаец. Но тогда пришлось бы всем делиться с этим цепким парнем, и плакали наши денежки.

– А почему бы и нет? Он мог бы помочь тебе отыскать эту девушку…

– Ты опять за свое?

– Я имею в виду мисс Дэйли.

Феннер отрицательно помотал головой, как бы убеждая самого себя:

– Нет, здесь мне придется покрутиться самому. Что-то мне подсказывает – полицию не следует вмешивать в это дело. Пола взглянула на часы. Было около пяти.

– Ну ладно, мыслитель, я пошла работать. Все равно сейчас вряд ли что-нибудь придумаешь.

– Сиди, – раздраженно приказал ей Феннер. – Пока что я тебе плачу деньги.

– Я бы не сказала, что очень большие, – огрызнулась Пола, усаживаясь поудобнее в кресле.

Она знала, что, когда он в таком настроении, ему лучше не перечить.

– Если эта дамочка не объявится, то не знаю даже, с чего и начать. Абсолютно никакой зацепки. Мы не знаем, кто она, откуда приехала. Единственно, что нам известно, так это то, что у нее есть сестра, как-то связанная с двенадцатью китайцами. Если тот мертвый китаец – один из них, то остается одиннадцать. Отвалить такую кучу денег – и смыться. Тут что-то не так.

– А может быть, она заметила какого-нибудь знакомого, испугалась и поэтому рванула от меня сломя голову? – вставила Пола.

Феннер обдумал эту возможность.

– Ты не заметила никого подозрительного, кто бы мог так ее напугать?

Пола покачала головой.