— Мечта всех невест, — заключила язвительно Джуди, и в этот момент появился Джозеф с нашим кофе.
Это было, как заявил он в полиции, а затем и перед присяжными, в семь тридцать или семь тридцать пять.
Джуди закурила. Помню, я еще подумала, какой красивой она кажется в свете свечей и как все в доме оживает с ее приездами. Рядом, в буфетной, возился Джозеф, и откуда-то издали до меня доносились приглушенные голоса слуг.
Джуди притихла. Возбуждение, владевшие ею при приезде, улеглось, и сейчас она выглядела усталой и несколько подавленной.
Тут я подняла голову, и мой взгляд случайно упал на зеркало.
На лестнице кто-то прятался.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Казалось, он подслушивал. Мне были видны только его ноги в темных брюках, а он, конечно, даже не подозревал, что со своего места я могу его видеть. Очевидно, он слушал, слушал и прикидывал, броситься ли ему к выходу или отступить назад. Дверь, ведущая из столовой в холл, была полуоткрыта, и он знал, что если побежит, я его увижу.
Похоже, он решил не рисковать, так как, даже не развернувшись, задом, бесшумно поднялся наверх.
— Джуди, — спокойно произнесла я, — не двигайся и не повышай голоса. К нам забрался грабитель. Он там, наверху, я только что его видела в зеркале.
— Что я должна делать? Может быть, закрыть дверь в библиотеку и вызвать полицию?
— Хорошо, а я скажу Джозефу. Чтобы попасть на черную лестницу, вору надо пройти через кухню, а там его увидят слуги.
Я позвонила в колокольчик. При этом совсем не волновалась и была этим весьма горда. Те немногие драгоценности, которые я хранила дома, были на мне, а если вору приглянулся мой золотой туалетный прибор, то он мог его забирать, я не возражала — прибор был застрахован. Все же, пока ждала Джозефа, я сняла кольца и положила их в цветочную вазу на столе.