последствий деятельности с целью управляемого осуществления избранного наилучшего из числа выявленных возможных вариантов будущего, сколько сама такая постановка основного вопроса философии проистекает из иного ощущения Жизни, из иных субъективно-образных представлений о том, что названо «диалектикой Природы»; из иного понимания «субъективной диалектики», нежели всё то, что положено в основу диалектического материализма марксизма.

В рассмотрение же диалектичности Жизни как таковой и в рассмотрение извращений субъективно-образных представлений о ней и понимания диалектики на основе марксистского учения — мы в прошлом особо не вдавались, признавая при этом за диалектическим материализмом марксизма роль первой в истории нынешней глобальной цивилизации открытой всем методологической философии

Именно вследствие этой опоры на метод познания истины и осмысления Жизни марксизм и смог вытеснить из культуры образованных слоёв общества в область преимущественно семинарского и академического образования новых поколений церковных иерархов цитатно-догмати­ческие философии церквей, уклоняющиеся от живого наставничества Духа Святого на всякую истину.

Однако злоумышленно нелепая, никчёмная для практической деятельности постановка основного вопроса философии в марксизме явилась средством, отвращающим на протяжении более чем столетия подавляющее большинство тех, кто сталкивается с марксизмом, от освоения методологии познания, без чего невозможно совершенствование ни культуры осмысленной жизни вообще, ни культуры и методологии познания истины людьми как основы осмысленной жизни.

Кроме того формулировки законов диалектики построены в нём так, что все, кто идут к осмыслению Жизни через марксизм, не осмысляя при этом и сам марксизм как одну из составляющих Жизни, — а таких было большинство среди получавших образование в СССР — обретают в своей психике алгоритмику

Соответственно имитационно-провокационный характер марксизма открывает возможность порассуждать о том, как сложилась бы история философии не возникни марксизм: иными словами, не воспрепятствовал ли он тому, чтобы достаточно совершенная методологическая философия стала достоянием общества раньше, чем это происходит ныне исторически реально; либо наоборот появление марксизма ускорило процесс становления публичной (т.е.