- Сам решай, - Николай Петрович подвел итог, - к кому ты относишься. Если не хочешь быть лохом, забудь про честь и про совесть. Это - химера. Честь - когда у тебя есть деньги, и ты можешь купить все. Совесть... совесть... делай то, что тебе выгодно и всегда себя оправдывай - это и есть совесть.

Сергей обреченно кивнул.

- Николай Петрович, вы меня убедили. - Он поднялся с места. - Честное слово, я бы хотел найти доводы против... Но доводов у меня нет... Но, все-таки, может, есть какие-нибудь исключения? Может, есть вещи, которых лучше не делать? Пределы какие-то, границы?..

- Сергей, - Николай Петрович покачал головой, - я не знаю, чем ты там у себя в министерстве занимаешься и не хочу знать. Делай спокойно свою работу. Делай то, на чем ты имеешь деньги. Делай и забудь про совесть. Если ты умный человек, забудь.

- Хорошо. - Сергей достал из кармана револьвер с прикрученным к концу ствола звукоглушителем. - Хорошо. - Он прицелился. - Я не работаю в министерстве, Николай Петрович. Но это не важно.

Николай Петрович медленно открыл рот.

- Вы, кажется, есздили в Сочи подписывать очередной контракт? Так, кажется?

- Сергей, ты, что?..

- И тогда я знаю, что у вас в кейсе, который вы так охраняете, и даже в туалет его с собой взяли...

- Сергей, это нехорошо. Ведь мы друг друга так давно знаем...

- А что такое нехорошо? Нехорошо - это когда нет денег в кармане. Так ведь вы говорили или нет?.. Открывайте кейс! Быстро!

Николай Петрович поднялся, достал с полки кейс.

- Я не знаю шифра, - неуклюже соврал он.

Но Сергей покачал головой.

- Считаю то трех. Один...

- Хорошо, сейчас.

Дрожащими, неслушающимися пальцами Николай Петрович открыл оба замка. Сергей не ошибся. Кейс был туго набит долларовыми банкнотами.

Николай Петрович мелко дрожал. Пистолетное дуло повисло в воздухе, в трех сантиметрах от его лба. Он понял, что сейчас произойдет.