Как всегда, в воскресенье Деметриос Контос был тут как тут. У рыбаков уже вошло в привычку собираться на пароходной пристани, чтобы приветствовать его появление и посмеяться над нашим поражением. Деметриос спустил парус в нескольких сотнях ярдов от пристани и закинул свои обычные пятьдесят футов прогнившей сети.
- Сдается мне, эта забава будет продолжаться до тех пор, пока его ветхая сеть не порвется окончательно, - проворчал Чарли с расчетом быть услышанным кое-кем из греков.
- Тогда я дам ему мою, - быстро и не без коварства отозвался один из них.
- Незачем, - ответил Чарли, - у меня самого найдется завалящая сеть. Он сможет ее получить, если придет ко мне и попросит.
Греки ответили веселым смехом, ибо могли себе позволить добродушно шутить с человеком, которого так здорово околпачивали.
- Ну, пока, сынок, - минутой позже обратился ко мне Чарли. - Пожалуй, двинусь в город к Мелони.
- Можно мне взять лодку? - спросил я.
- Как хочешь, - ответил он и, круто повернувшись, медленно побрел прочь.
Деметриос вытащил из сети двух крупных лососей, и я вскочил в лодку. Рыбаки столпились вокруг, весело настроенные, и, когда я стал поднимать парус, засыпали меня всевозможными шутливыми советами. Они даже предлагали друг другу заключить пари, что я непременно поймаю Деметриоса, а двое из них, разыгрывая роль судейских чиновников, пресерьезно просили позволения отправиться вместе со мной, чтобы посмотреть, как я это сделаю.
Но я не торопился: я тянул время, чтобы дать Чарли возможность добраться до Валлехо.