Во время шторма и аварии Динь-Даг преспокойно лежал в бумажнике Питера. Он, конечно, даже не предполагал, какая опасность грозит команде, в том числе Питеру, а значит, и ему, Динь-Дагу Советский штурман и английский матрос долго и дружески жали друг другу руки. Все-таки встреча была необычайной и неожиданной - в море, в штормовую погоду, на палубе советского теплохода. А ведь с их первой встречи в светлом и уютном интерклубе прошло всего несколько дней. Питер вспомнил о подарке штурмана и достал Динь-Дага. И еще раз крепко, с благодарностью пожал руку Ершова. Он повторил слова, сказанные при первой встрече: - Вы такой молодой и уже штурман, а я плаваю двадцать лет и все матросом. Я тоже мечтал быть штурманом, капитаном. - И с горечью добавил: - А теперь я, пожалуй, потерял и работу матроса... - Когда я наймусь на другой пароход, этого никто не знает... "Волга" прибыла в английский порт Ливерпуль, и английские моряки покинули теплоход. Петр Ершов и Питер Питт дружески распрощались и пожелали друг другу счастья в жизни. Вскоре, закончив разгрузку и погрузку, "Волга" ушла из Ливерпуля, а Питер Питт все эти дни слонялся в порту и искал работу. Но матросы нигде не требовались. И хотя советский штурман искренне пожелал Питеру счастья, оно упорно не хотело улыбаться матросу. Заработанных в последнем рейсе денег хватило на очень короткое время. А дети хотели есть ежедневно. Кроме того, им нужны были одежда и обувь. Мрачный возвращался Питер после тщетных поисков в свою каморку. И одно утешение находил он дома - в своей коллекции монет. Вместе с шестилетним сынишкой Джонни он перебирал и раскладывал монеты по коробочкам. Коллекция была небольшая, но и для отца и для сына она являлась драгоценностью. Маленький Джонни смотрел на монеты, как на чудесные игрушки, тем более, что у Джонни настоящие игрушек почти не было. Питеру же каждая монета напоминала о каких-то определенных днях его жизни, о странах и городах, где он эти монеты приобретал.