Штатский ничего не ответил, продолжая наблюдать через бинокль за разворачивающимися событиями. Однако дымовая завеса не торопилась рассеиваться, даже с помощью сильной оптики трудно было что-либо разглядеть. Трое наблюдателей – генерал Прохоров, полковник Самсонов и долговязый штатский – находились в специально оборудованном штабном бункере, на предельно безопасном расстоянии. Между тем заработала рация полковника Самсонова.

– Первый! Докладывает Ротмистр! Заложники находятся в состоянии легкого шока. Среди них ни одного убитого и раненого. Террористы нейтрализованы. С нашей стороны двое легкораненых.

Самсонов вздохнул, переглянулся с Прохоровым и со штатским Альбертом Борисовичем. Двое, пусть даже легкораненых, не лучший показатель работы подразделения «А». Между тем дым рассеялся, и из подъезда здания показались двое мужчин и женщина, они же заложники, в сопровождении двух бойцов. Потом на самодельных носилках вынесли двух раненых спецназовцев. Видимо, ранения их оказались не столь легкими. Затем вывели и четверых террористов – здоровенных мужиков в спортивных костюмах, со скрученными за спиной руками.

– Докладывает подполковник Феоктистов, – подойдя к «штабистам», доложил старший группы, приставив правую руку к титановому шлему. – Террористическая группа уничтожена, заложники...

– Вольно, Ротмистр, – кивнул генерал Прохоров.

«Заложники» непринужденно покуривали рядом с бойцами, а также раскованными «террористами» и поднявшимися с носилок «ранеными».

– Оценка четыре с плюсом... Нет, пожалуй, просто четыре, – объявил полковник Самсонов, подойдя к своим подчиненным. – Этого, – Виктор Николаевич кивнул на носилки, – надо, по возможности, избегать. На сегодня свободны. По домам, ребята!

Ротмистр, он же подполковник Феоктистов, выехал на своем видавшем виды «Опеле» из ворот учебной базы подразделения и покатил по шоссе в сторону столицы. Около авторынка, как и всегда, «Опель» встал в пробке.