- Чего будем делать? Есть какие нибудь предложения? - выдохнул Митя.

- Есть, даже два, - сказал я. - Первое, разбить аквариум и второе оставить его жить там.

- Я не хочу здесь жить, выпустите меня, - вопит Петя.

- Заткнись, - не выдержала Шура. - Наверно надо бить аквариум, сказала она Мите.

- Но ведь это же ЧП. Мне объявят выговор, нас лишат премии, институт временно прекратит функционировать.

- Тяжелое положение, - отметил я. - Когда мой дедушка был депутатом, то помнится решался вопрос о закрытии бани номер 5. Все дело в том, что когда ее открывали, то забыли сделать стоки в коллектор. Представляете, вы моетесь, а грязная мыльная вода вам уже по колено...

- Все понятно, - перебил Митя, - что же они так годами мылись и все время были в этой грязи?

- Нет баня после открытия, была сразу закрыта...

- Так что же твой дедушка решил?

- Он предложил баню не закрывать, а выкопать канаву на улице до ближайшей речки. До сих пор все желающие моются в этой бане, а за стенами небольшая речка вонючей грязи ползет в Фонтанку. До сих пор в этой реке нет ни живности, ни рыбы, а жители всех соседних домов по берегам канавы, не вытерпели запахов и удрали.

- Врешь, - не сдержался Митя. - Такой длинной канавы сделать не могли, надо же людям и машинам по улице ездить.

- Так мостки сделали. Уже двадцать лет люди ходят. У нас что долгостроев в городе нет? Полно. Большой проспект Васильевского острова, клали асфальт восемнадцать лет, а Восьмую линию переделывали двадцать шесть...

- Ладно, хрен с вами. Пойду доложу начальству. Пусть сами думают, что нам делать.

- Постойте, - вопит Петя, - я хочу в туалет.

Митя махнул рукой и ушел из комнаты.

- Писай в емкость, из которой ты только что выпустил долгоносиков, предложил я.