- Ага, мальчишка, давай мой гусь!

Он смотрел весело на Митю, протягивая к нему руку в коричневой перчатке.

- Это не гусь, это - дрофа! - невольно улыбнувшись такому незнанию немцем обыкновенных вещей, заметил Васюк, но Митя с большой готовностью скинул с плеча дрофу и протянул майору, сказав в тон ему весело:

- Мы же это видели, как вы стреляли!.. Вот куда попали, глядите, - в голову.

И хотя майор стрелял вслед дрофе, и, при самой счастливой случайности, в голову ей попасть никак не мог, он тем не менее оживленно показывал лейтенанту разбитую тяжелой дубиной голову дрофы и раза три повторил с чувством:

- Вот это - выстрел!

- Однако эта птица - не гусь, она больше гуся, - сказал лейтенант.

- Не гусь?.. Да, вы правы, - она гораздо больше гуся... Колоссальная птица! Мне не приходилось никогда охотиться за подобными птицами, раздумывал вслух майор, взяв дрофу за шею и попробовав на вытянутой руке ее вес. - В ней не меньше, как двенадцать кило!.. Мальчишка, - обратился он к Мите, - это есть не гусь, а?

- Хотя называют так - дрофа, но все равно, - весело ответил Митя, считается даже куда лучше всякого гуся!.. Что перепел, что дрофа - одного вкуса мясо.

- Ага! Вкусный мясо!.. Дро-фа! - торжествующе подхватил майор и, еще раз попробовав тяжесть дичи и полюбовавшись ею, начал укладывать ее в машину.

Он занес уже ногу, чтобы сесть на свое место, но счел нужным спросить все-таки:

- Мальчишка! Откуда идет, а?

- Оттуда вон, - беспечно ответил Васюк, показав рукой вниз, где работал и уже расходился народ.

- Дорогу прочищали там, - еще беспечнее и светло улыбаясь при этом, подтвердил Митя.