Авторынок на Энергетиков без боя сдал, лохотронщиков на Московском… А раньше валил всех без разбору, едва ли не за каждый ларек. Так не бывает… Я попробовала кое-что выяснить, не посвящая в дело ребят. Все равно от них толку мало, они после твоего ареста и убийства Зомби сами не свои, всего боятся. Да и моя легенда… Открываться так глупо не хотелось. Поэтому пришлось вызвать из Белоруссии Сашу с Володей, которых в Питере никто не знает.

— И где сейчас твой разговорчивый приятель?

— Пропал Снуппи, ушел — и не вернулся, — ответила Лана известной фразой из «Собаки Баскервилей». — Это значит — Кай еще не в курсе, что его коварный план в отношении тебя уже рухнул.

— Сегодня будет в курсе, когда в новостях расскажут про вашу мясорубку, — философски заметил Алтаец, мысленно уже во всех красках рисуя картины жестокой мести посягнувшему на его жизнь и территорию беспределыцику.

Кай — Владислав Кайманов — объявился в Питере всего за год с небольшим до злополучного ареста Алтайца из Риги, где на него, как на бывшего бойца известного своими кровавыми акциями рижского ОМОНа, латвийские власти объявили всеобщий розыск, заочно приговорив к «вышке».

В течение короткого времени этот закаленный многочисленными локальными войнами спецназовец собрал группировку из полнейших психопатов, а потом стволами и кровью быстро завоевал себе место под солнцем, в завершение боевых действий неведомо какими путями заключив мир со всей остальной питерской братвой, кроме его. Алтайца, организации.

Некоторое время все было спокойно, и вот — нате, получите! И какую комбинацию придумал, сволочь!

«БМВ», несущаяся по колдобинам Среднего проспекта на Васильевском острове, проскочила трамвайные рельсы, сбавила ход и, притормозив, въехала в проходной двор с темными, похожими на туннели, длинными арками. Проскочив две и оказавшись в очередном мрачном даже ясным днем дворе, машина остановилась.