Альбинос молчал, потупив злобный взгляд.

— Я вижу, что отвечающая сторона готова к диалогу. Что ж, тогда приступим.

Подняв лежащий возле стены деревянный ящик, Алтаец сел на него верхом, закурил и, разогнав рукой дым, внимательно посмотрел на застывших боевиков из бригады своего врага Кая. Их судьба была решена еще до нападения на коттедж, но для начала, пользуясь положением сильнейшего, следовало кое-что узнать.

— Вопрос первый — где цацки из ювелирного магазина? Отвечать может любой, но на раздумья даю не больше пяти секунд. Молчите? Ладно…

Алтаец сделал знак рукой, и один из стоящих в дверном проеме боевиков прошелся автоматной очередью в нескольких сантиметрах от ног упрямых быков.

— Ты! — стряхнув пепел. Алтаец ткнул указательным пальцем в Таракана. — Иначе умрешь!

— Они, это… — торопливо выпалил амбал, виновато косясь на молча стоящих с каменными лицами братков. — В тайнике, за картиной! В спальне, на втором этаже…

— Ублюдок! — сквозь зубы прошипел Альбинос, поедая бывшего подельника яростным взглядом. — Пидарас! Коз-зел плешивый!

— Молчать, тебя никто не спрашивал! — не слишком громко цыкнул Алтаец. — Значит, в спальне, говоришь?!

— Да, — кивнул окончательно поникший бык, неловко переминаясь с ноги на ногу.

— Проверим. — Алтаец сделал движение рукой, и один из автоматчиков кому-то находящемуся на улице приказал слетать в дом. В отдалении послышались гулкие торопливые шаги и хлопанье двери. — Если сказал правду, я еще подумаю, стоит ли тебя убивать или ты еще на что сгодишься, — ухмыльнулся, наблюдая за перекосившейся от страха рожей расколовшегося братка. Алтаец. — Значит, жить очень хочешь?