И те и другие в основном удовлетворяют одну и ту же психологическую потребность. Материалистам импонируют идеологические, политические и социологические утописты; тем кто не так материалистичен импонируют религиозные лидеры. Но объект влечения был совершенно одинаков: все что вы можете себе представить, о чем можете мечтать, чего можете жаждать полностью сбудется. С этими мечтами настоящие несчастья казались очень маленькими.

В мире ощущался энтузиазм, люди не были удручены. Депрессия - это современное явление и она возникла потому что теперь нет никакого завтра. Все политические идеологии потерпели крах. Нет никакой возможности что когда-нибудь люди будут равны, никакой возможности что наступит такое время когда не будет правительств, никакой возможности что все ваши желания исполнятся.

Это наступило как огромное потрясение. Одновременно человек стал более зрелым. Он может ходить в церковь, в мечеть, в синагогу, в храм - но это только общественные приличия, так как он не хочет, в таком мрачном и удрученном состоянии, оставаться один; он хочет быть с толпой. Но в основном он знает что никакого рая нет; он знает что не придет никакой спаситель.

Индусы ждали Кришну в течении пяти тысячелетий. Он обещал не только однажды вернуться, он обещал что когда бы ни было несчастья, страдания, когда бы порок не торжествовал над добродетелью, когда бы хорошие, простые, невинные люди не эксплуатировались бы хитрецами и лицемерами он придет. Но за пять тысяч лет о нем ни слуху ни духу.

Иисус обещал вернуться и когда его спросили "Когда?", он ответил "Очень скоро." Я могу растянуть "Очень скоро" но не на две тысячи лет; это слишком.

Мысль о том что нас избавят от наших несчастий, нашей боли, наших мук больше не привлекает. Мысль о том что есть Бог который заботится о нас кажется просто шуткой. Глядя на мир, не похоже на то чтобы был кто-нибудь кто бы о нем заботился.