Единственная оставшаяся в живых из троих сестер, Нина Николаевна написала мне о том, о чем так и не успела рассказать Александра Николаевна.

Их отец, Николай Дмитриевич Стрельников, был красивым мужчиной, старше своей жены - Александры Северовны. Ей было 17, а ему - 37, когда они познакомились на уроках пения у Давыдова... Мама, как пишет Нина Николаевна, удрала с уроков из школы, и они явились к родителям, уже обвенчавшись.

Лето 1919 года застало Александру Северовну и трех ее дочерей, Александру, Нину и Татьяну, во Владивостоке, куда их занесло революционной бурей. Сюда перебралась, спасаясь от красного террора и сестра Александры Северовны Лидия с мужем. А главу семьи, Николая Дмитриевича, девочки видели в последний раз на станции Зима. О дальнейшей его судьбе Нина Николаевна не могла мне больше ничего сообщить. В ее памяти только осталось, что отец много играл с дочерьми, любил сажать их себе на плечи...

В 1924 году Лидия Северовна с мужем уехали в Харбин, забрав с собой Нину - очень слабенькую девочку, чтобы помочь Александре Северовне содержать семью. С тех пор Нина Николаевна больше не видела мать и сестер.

"А ведь я когда-то собиралась переплыть Амур!" - сказала мне однажды Александра Николаевна (она всю жизнь была прекрасной пловчихой, а в юности - даже чемпионкой Новосибирска).

Теперь, спустя несколько лет после ее гибели, я узнал, почему она хотела это сделать! Она мечтала повидаться с сестрой! Но именно тогда она встретила "такие чудесные синие глаза" (из письма младшей Александры сестре Нине, которое та более чем через полвека после его получения переслала мне в Москву), что..."Из-за этих "голубых глаз", - напишет мне Нина Николаевна из Австралии, - Шурка раздумала переплывать Амур и удирать в Харбин. Вышла замуж. Но неудачно. Мама написала: "Шура несчастлива в браке, разошлась. И вообще забудьте о нашем существовании".