За время пребывания на службе такие евреи обычно успевали освоиться с новым местом, обзавестись связями, нередко даже наметить себе занятие по выходе в запас. Но, стоило им покинуть службу, или даже взять кратковременный отпуск, как их, как не имевших права жительства вне «черты оседлости», немедленно выселяли на «малую родину», с которой они, как правило, уже не имели ничего общего (Циркуляр министерства внутренних дел 14 февраля 1888 г., № 1; Высочайше утвержденное положение Военного совета 9 марта 1896 г.).

Стеснениям подвергся и военно-медицинский персонал из евреев. В 1882 г. последовало распоряжение об ограничении числа евреев-военных врачей и фельдшеров, причем предельной нормой их численности было установлено 5 %; в части, где по расписанию полагался 1 врач, в окружные и главное военно-медицинское управления, равно как и в лечебные заведения и управления, расположенные в крепостях, было приказано врачей-евреев вовсе не назначать. Повышение их по службе допускалось лишь до должности V медицинского разряда, не выше, да и то не иначе, как с согласия главных начальников военных округов, с непременным соблюдением 5 %-ной нормы относительно общего числа лиц V разряда. В тех округах, где численность военврачей-евреев превышало предписанную норму, последние в течение 2 лет подлежали переводу в другие районы, пока число их не снижалось до предписанного уровня.

Данное распоряжение мотивировалось опять-таки не вполне добросовестным, будто бы, исполнением врачами-евреями служебных обязанностей. Столь незаслуженное обвинение вызвало осуждение в печати. Многие из лучших представителей корпорации врачей-евреев в знак протеста добровольно вышли в отставку. Одновременно прием евреев в Военно-медицинскую академию был ограничен «процентной нормой» в 5 % от общего числа слушателей.

Повторимся еще раз: речь во всех этих случаях шла об ограничениях в отношении евреев, не желавших сменить свое вероисповеданик.