- Мама собиралась меня сегодня мыть, - начал Костик свои объяснения, потому что в понедельник отключают горячую воду, а раз в понедельник, то ее может не быть уже в воскресенье вечером, и завтра все станут мыться, и напор будет плохой, потому что мы живем на последнем этаже.
- Вода будет все время, - заявил бандерлог. - На всех этажах. Можете не беспокоиться.
- Не будет, - настаивал Костик. - Если объявление повесили, что отключат, то отключат. А мыться к бабушке я не поеду.
- Помоешься здесь, - бандерлог, кажется, начинал что-то понимать.
- Здесь нет "Чебурашки", - покачал головой мой сын.
Мы опять вернулись к исходным позициям.
- Тебе тамагочи мало? - спросил бандерлог, кивая на лежащую в изголовье одной из кроватей игрушку.
Значит, все-таки знает, что это такое? А возможно, проконсультировался у начальства? Или на шоссе вся компания была так увлечена процессом захвата, что не воспринимала иностранные слова? Плохо они проникали в серое вещество, скрытое пуленепробиваемыми лбами. Игрушка-то, по-моему, как раз предназначена для существ, находящихся на интеллектуальном уровне наших похитителей. Или для детей в возрасте моего ребенка.
- А он-то здесь при чем? - удивленно посмотрел на дядю Костик.
Молодцы решили обратиться за объяснениями ко мне. Но я не стала просвещать их по поводу наших семейных привычек, вместо этого поинтересовавшись, долго ли господа собираются нас здесь держать. Я предпочту погреть воду у себя на плите, чтобы вымыть сына в своей старой чугунной ванне, чем плавать в дорогой пене под сводами темницы. Сколько мне еще терпеть это заточение в четырех стенах? Правда, насчет стен я малость загнула - башня-то круглая.