Костик тут же отправился в ванную и принялся изучать выставленные там бутылки с шампунем. Он терпеть не может мыть голову и всегда орет, что ему щиплет глаза, так что мы пользуемся только "Чебурашкой", на которую он соизволил согласиться. Тут, правда, именно этого шампуня не оказалось.
- Мы здесь надолго, мам? - поинтересовался Костик.
- Спроси что-нибудь полегче, - ответила я, не зная, распаковывать вещи или нет.
Барахла у Костика было предостаточно, я же брала себе только смену белья, майку, купальник, длинную футболку и спортивную олимпийку на тот случай, если вечером станет холодно. В общем, придется мне довольствоваться джинсовой юбкой и менять футболку, что была на мне сейчас, на майку, валявшуюся в сумке.
"Э, что это ты, милашка? - одернула я себя. - Нас что, тут всю жизнь держать собираются?"
Я подошла к двери, ведущей в коридор, и дернула ее. Она была заперта снаружи. Как, впрочем, и следовало ожидать. Правда, практически сразу же после того, как я ее дернула, ключ в замке повернулся, дверь распахнулась, и на пороге появился верзила в майке-тельняшке, подчеркивающей мощнейший торс. На правом бицепсе выделялась татуировка - якорь с надписью "Северный флот".
- Чего? - вопросительно уставился на меня моряк.
- "Чебурашки" нет, - встрял Костик.
- Чего? - повторил моряк, переводя взгляд на моего сына.
- Где "Чебурашка"? - спросил Костик. - Почему нет "Чебурашки"?