– Вы в курсе, что я не Аня? – уточнила я.

Ребята были в курсе. Им заказывали именно меня – Валерию Александровну Тетереву вместе с сыном.

– А я здорово на нее похожа? – задала я еще один вопрос.

– Мы подумали бы, что это она, если бы нас не предупредили, – ответил террорист, подпиравший мой бок.

– Чтобы Анька шла пешком… – сидевший на переднем месте пассажира парень повернулся ко мне и закатил глаза. – И представить ее в роли мамаши – весьма проблематично.

– Подумайте, мужики, что бы сейчас было, если бы в машине сидела Анька, – хмыкнул водитель.

Любопытство я поумерить не смогла и поинтересовалась, что бы все-таки могло произойти в подобном случае? Теперь все трое похитителей закатили глаза. В очередной раз встрял Костик. Ему тоже было любопытно.

Подышать эфиром мне дали только потому, что на моем месте по какой-то иронии судьбы могла все-таки оказаться Анька. А вдруг? К тому же, если я, как ее копия, похожа на нее не только внешне, меня следовало отключить.

Если бы сейчас в машине сидела Анька, ее пришлось бы связать, но она тем не менее умудрилась бы покусать и расцарапать похитителей, она могла бы перегрызть веревки, потому что зубы у нее не хуже, чем у акулы. Ногти – тоже не подарок. Она бы плевалась и орала, поливая ребят такими эпитетами, что даже у молодцов, слышавших немало колоритных выражений, уши свернулись бы в трубочку. Народный русский язык Анька знала отлично, а уж комбинации у нее получались… За нею бы записывать какому-нибудь исследователю русского фольклора. Затем Анька предприняла бы попытку совратить похитителей. И пела бы сладко, как сирена, бросала бы жаркие взоры на несчастных мужчин, расписывая в красках то, что она позволила бы им с собой делать. И позволила бы. А воображение у Аньки в определенном русле работало прекрасно. Ее бы развязали, потому что слушать подобное нормальный мужик долго не может. Аньки хватило бы на всех троих. И на пятерых. И на десятерых.