- В Химках!

- Кто Серый?

- Не знаю! Похоже, не знал.

- Что заказал? - повторил я, крича ему в ухо, потому что визг от пилы был весьма высоких децибелов.

Он молчал. Я приблизил его ряшку к пиле. Он заорал:

- Наехать!

- Зачем?

- Не знаю! Честное пионерское, клянусь, не знаю!

Ну, если так клянутся...

Я выключил станок, подождал, пока пила стихнет, и подвел итог:

- Твоя кличка Чир, так?

Он послушно замотал головой.

- Теперь будет другая. Чир Рваная Ноздря. Это как Ричард Львиное Сердце.

Я кинул парализованного от ужаса качка к стене и обратился к почтенной публике:

- Все видели?

Публика дружно закивала:

- Все, все!

- Расскажите об этом в своих кругах. И не опускайте подробностей. Я уже однажды говорил это, но готов повторить: если хоть одна сука появится на нашей стороне Московского шоссе - у этой циркулярки выпуск двадцать два сантиметра. Все поняли? Они снова закивали:

- Все, все!

Понятливый народ. Правда, и метод был доходчивым. А ведь по-другому и не поняли бы.

И только я успел закончить свое воспитательное мероприятие, как в столярке появились два рыбака-студента, грамотно раскатились по углам и направили стволы коротких десантных "калашей" на моих совсем уж офонаревших гостей.

У меня сегодня, похоже, был день открытых дверей.

Моим новым гостям и полминуты не понадобилось, чтобы оценить обстановку. Один из них сунул в ухо таблетку микрофона и включил передатчик:

- Я - Третий. Мы на месте. Все в норме. Один холодный, пять теплых... Нет, не мы, сам... Есть, ждем.

Он выключил рацию, оба спрятали "калаши" под куртки и уселись на верстаке, покачивая ногами в обычных белых кроссовках. Ну чисто студенты-практиканты.

- Чего ждем-то? - спросил я.