В воскресенье около шестнадцати часов к участку К. подошел человек примерно сорока лет, одетый так же, как все - в отслуживший свой век спортивный костюм. Извинившись, незнакомец сказал, что ему очень нравится дача К., и попросил разрешения осмотреть ее внутреннее устройство, чтобы использовать опыт соседа при строительстве своего коттеджика. К. охотно откликнулся на просьбу и пригласил гостя в дом.

Один из сотрудников "наружки", следивших за К. под видом геодезистов, размечающих новые участки и объездную дорогу, опознал в подошедшем к К. человеке объект наблюдения..."

II

Не отрывая взгляда от листов досье, полковник Голубков вытряхнул из пачки сигарету "Космос", потянулся за зажигалкой, но тут же спохватился и вопросительно посмотрел на Нифонтова, который уступил Голубкову свое место за большим письменным столом. Сам он расхаживал по ковровой дорожке вдоль длинного, человек на двадцать, стола для совещаний.

- Да кури, кури! - раздраженно бросил Нифонтов. - И мне, пожалуйста, дай.

- Ты же бросил, - напомнил Голубков.

- Тут бросишь! - Нифонтов закурил и через плечо Голубкова заглянул в досье. Посоветовал: - Расшифровку разговора на даче сейчас прочитай. Она в приложении. Остальные потом изучишь, а эту - сейчас.

Давненько уж не видел Голубков своего начальника в таком раздраженно-взвинченном состоянии. Они работали вместе уже почти три года, хорошо понимали друг друга и едва ли не с первых месяцев перешли на "ты", хотя и называли друг друга по имени-отчеству. Нифонтов никогда не раздражался по пустякам и старался без крайней нужды не отвлекать сотрудников управления от порученных им дел. А тут вдруг срочно вызвал, усадил в свое кресло, сунул это досье и заставил немедленно в своем присутствии прочитать. Содержание аналитической записки было важным, но все же, по мнению полковника Голубкова, не настолько, чтобы генерал-лейтенант бегал по своему кабинету как какой-нибудь неврастеник.