- В точку, мистер Блюмберг. Вы попали в десятку. Вы играете в шахматы?
Посетитель удивился неожиданному вопросу:
- Умею. Но на шахматы у меня никогда не хватало времени.
- У меня тоже. Но иногда я любил разбирать уже сыгранные партии. С известным результатом. Увлекательно было понять, где именно зародилась ошибка, которая привела к поражению. Примерно этим я увлекаюсь и сейчас. Читаю газеты десяти - пятнадцатилетней давности.
- Подшивки? - уточнил Блюмберг.
- Нет. Каждую субботу для меня готовят недельный дайджест, и я анализирую его, зная, естественно, к чему все это привело. Чрезвычайно поучительное занятие. Сейчас я нахожусь примерно в середине правления Горбачева, но уже могу сказать, что политика США в отношении СССР и России далеко не всегда была разумной и даже оптимальной. Нет, не всегда. Особенно это касается эпохи Горбачева. Программой СОИ, стратегической оборонной инициативы, мы задали непосильный для экономики СССР темп. В администрации президента Рейгана просчитали, что Советский Союз не выдержит его, но никто не задумывался, что произойдет, когда Москва выдохнется и окончательно сойдет с дистанции. И лишь сейчас пришло осознание того, что нужно было не гнать лошадей, а, наоборот - сбавить темп и дать Горбачеву возможность постепенно реформировать экономику и политическую систему страны, к чему он был морально готов. Россия могла бы пойти тем путем, которым пошел Китай.
- Для этого нужен был не Горбачев, а Дэн Сяопин, - заметил Блюмберг. - И ментальность китайцев.
Сэр Генри сделал еще глоток виски и закурил новую сигару, четвертую за день.
- Да, - помолчав, подтвердил он. - История не имеет сослагательного наклонения. Но тот, кто не умеет извлекать уроков из ошибок, обречен вновь их повторять. Вместо того чтобы отбросить мелочные расчеты и оказать молодой демократической России самую широкомасштабную помощь без всяких условий, западные политики и Международный валютный фонд начали диктовать Москве неприемлемые для нее правила игры и в итоге загнали Россию в угол. Мои аналитики уже открытым текстом предупреждали о возможности такого развития событий. К нам не прислушались. В итоге мы получили октябрь 93-го, после которого слово "демократия" по отношению к России можно употреблять только в кавычках.