Молодость, ум и красноречие Клинтона, так же как и его ярко выраженный идеализм, сделали его превосходным символом доброй, но всемогущей Америки, признанной мировым лидером. Он предложил миру то, что Буш не мог или не успел предложить: привлекательную картину будущего. Под воздействием картины истории, нарисованной Клинтоном в розовых тонах, и неопровержимой логики глобализации гонка вооружении должна была бы уступить дорогу контролю над вооружениями и ядерному нераспространению, война — сохранению мира и национальному строительству, соперничество между странами организованному глобальному сотрудничеству, основанному на наднациональных правилах поведения.

Даже если Клинтон переоценил и мифологизировал благотворный эффект глобализации, он все равно, повышая свой авторитет, подтвердил новые глобальные возможности, открывающиеся Америке. Придав этому подтверждению красноречивую риторическую форму, помогавшую узаконить в международном общественном мнении новый сверхдержавный статус Америки, Клинтон создал привлекательный образ молодого лидера, восприимчивого к технологическим и экологическим проблемам, стоящим перед человечеством, которое сознает моральную ущербность глобального статус-кво и готово мобилизовать человечество на совместные усилия для того, чтобы вместе решить проблемы, не поддающиеся решению отдельными странами.

Исчезновение Советского Союза с его приверженностью к глобальному идеологическому единообразию открывало Клинтону три существенные возможности для реализации его программы упрочения глобальной безопасности и сотрудничества:

• Во-первых, это создавало условия для более широких американских и российских инициатив в ограничении гонки вооружений между двумя государствами, которая так много лет истощала возможность использования средств на социальные цели, усиливая международную напряженность. Менее антагонистические отношения позволяли ввести более эффективные ограничения на испытания, производство и распространение ядерного оружия.