«Яковлев как архитектор и мотор перестройки, избавляющий Россию, как он говорил, от „химеры марксизма“, и Яковлев как адвокат „либеральной партии“, вынужденный защищать тех, кого он ещё в начале 1993 года упорно называл „демократической шантрапой“, — это разные люди.

Яковлев интересен как знаковая, провиденциальная фигура, как сын русской деревни, как сын русской ярославской крестьянки, взломавший советскую систему, отомстивший ей за муки коллективизации, за уничтожение русского землепашца как породы людей

Кстати, судьба Яковлева опровергает распространённую ныне точку зрения, что этнические русские не бывают субъектами своей истории. Бывают, правда, редко. Не диссиденты, не отказники, не Андрей Сахаров, а многоопытный аппаратчик Яковлев совершил великую контрреволюцию, завершил начатый в 1917 году большевистский эксперимент над народами России

Советская система, где не было реальной оппозиции, где ничего не осталось от старой белой России, могла быть сломлена только сверху, самой советской властью, самими жрецами марксистской веры. Тем более, что все наши диссиденты, включая и Андрея Сахарова, и членов его кружка, были левыми, поклонниками марксистской идеи.

И наивно обвинять Яковлева в измене «идеалам революции». Не мог здравый, вменяемый сын деревни не знать, не видеть, что троцкистско-сталинская

Конечно, и Михаил Горбачёв — сын крестьянки. Конечно, не будь Горбачёва, Яковлев не выполнил бы свою важную, белую, провидческую миссию. Но как человек, проработавший значительное время (с сентября 1988 г.) под непосредственным руководством Яковлева в ЦК КПСС, а потом одновременно и с Михаилом Сергеевичем и Александром Николаевичем в «Горбачёв-фонде», могу сказать, что эти два главных архитектора перестройки по разному видели контуры возводимого ими здания. Сейчас Горбачёв в некоторых своих лекциях за рубежом говорит, что перестройка была направлена против «коммунистического тоталитаризма». Но правда состоит в том, что Горбачёв по крайней мере до 1991 года, верил, что советскую систему можно соединить с демократией и со свободными выборами, что отмена цензуры только укрепит позиции марксистско-ленинской мысли.