«Я иду на войну за вечный мир», — могла бы сказать и Жанна вместе с первым певцом своим Шарлем Пэги. XVI

«Идучи однажды во Францию, св. Франциск с братом Массео собирали в одном селении милостыню. И когда дошли до какой-то церкви, то Франциск, войдя в нее и укрывшись за жертвенник, начал молиться и в некоем видении божественном так воспламенился жаждой святой нищеты, что, выйдя к брату Массео, весь пламенел в огне любви, и лицо его казалось огненным, и пламя как будто исходило из уст его».

Это «пламенение» Франциска Духом Святым — приближение к тому, что в Иоахимовом религиозном опыте предчувствуется как «третье состояние мира, огненное», — происходит, может быть, не случайно во Франции, будущей родине Жанны, потому что и духовная родина Франциска — «Французика» (таков смысл этого имени-прозвища) — тоже Франция: здесь начинает он любить свою «Прекрасную Даму, Бедность», как провансальский трубадур, «скоморох Божий», joculator Domini. Первые песни будет Ей петь в «восхищении», «экстазе», raptus, не на родном итальянском, а на всемирном для него, французском языке. Первые легенды о Жанне распространят не только по Франции, но и по всей Европе «Нищие Братья» св. Франциска, и оба круга легенд о нем и о ней сплетаются в один венок.

Брат Ришар, ученик св. Бернардина Сиеннского, «меньший брат» св. Франциска, — духовник Жанны:

Это — в начале, а в конце: Англия, Франция, Италия — все христианские народы, «обратившись ко Христу и покаявшись, облекутся в одежды Нищих Братьев и заключат между собою вечный мир», — «да будет царство Божие на земле, как на небе». XVII

Может быть, и Жанна сама принадлежала к Третьему Братству св. Франциска, Tertius Ordo, — к «Третьему Царству Духа».