Бедная крестьянская девушка, в красной заплатанной юбке, но с лицом, озаренным нездешним светом, смело вошла в находившийся высоко над городом замок, протеснилась сквозь толпу полуразбойничьей-полурыцарской челяди и, услышав Голос: «Вот он!» — прямо подошла к сиру Роберу и сказала:

— Я к вам от Мессира. Пошлите сказать Дофину, чтоб он крепко держался, но битвы врагам не давал… потому что до Преполовения (половина Пятидесятницы, празднуется от христианской Пасхи до праздника сошествия Святого Духа) Мессир поможет Дофину… Воля Мессира, чтобы Дофин был королем, и, вопреки всем врагам своим, он им будет: я это сделаю, отведу его на королевское венчание…

— Кто же такой этот Мессир? — спросил Бодрикур с удивлением.

— Царь Небесный, — ответила Жанна.

Молча посмотрел сир Робер сначала на нее, потом — на дядю Лаксара и, наконец, пожав плечами, сказал:

— Отведи ее назад, к отцу, надавав ей пощечин! XVI

Жанна вернулась в Домреми. Люди смеялись над ней, указывая на нее пальцами:

— Вот кто восстановит королевский престол и спасет Францию!

Думали, что она «порченая»: «Видно, с Жаннетой что-то попритчилось у Фейного дерева!»

Страшный сон приснился отцу Жанны: будто бы она убежала из дому с ратными людьми.

— Если бы это с нею и вправду случилось, я бы хотел, чтоб вы утопили ее своими руками, а если этого не сделаете вы, то я сделаю сам! — говорил он сыновьям своим, Жану и Пьеру, и по тому, как говорил, видно было, что сделает.

Глаз с нее не спускали родители, чтоб не убежала, и, думая образумить ее, хотели выдать замуж за молодого поселянина, но она отказала ему, потому что была уже обручена иному Жениху — Царю Небесному.

Вскоре после того, в мае 1428 года, отпросилась она из дому к беременной тетке, дядиной жене, чтобы ухаживать за ней после родов.

Знала, что уходит навсегда из родного селения. Весело как будто прощаясь со всеми, только с той из подруг, которую любила больше всех, Овиеттой, не имела духу проститься и прошла мимо дома ее потихоньку.