- Узнаете? - спросил гражданский, стоящий недалеко от меня.

- С трудом. Это вроде он, мой отец.

- Распишитесь вот здесь.

Я расписываюсь и гражданский тут же уходит. Медленно плетусь к выходу.

- Эй, - рядом стоит неряшливый парень с сумасшедшими глазами, закурить есть?

- Нет, я не курю.

- Подкинь тогда на малышку...

- Что это?

- На водчонку. Это там твой старик лежит? Я видел ты стоял рядом с ним.

- Мой отец.

- Тогда тебе стоит раскошелиться.

Я даю ему пятерку.

- Уважил. Я здесь работаю, мою, одеваю мертвяков. А твоего старика пытали. На его теле следы от утюга...

- Врешь...

- Я говорю тебе, я здесь работаю и поэтому все знаю. Ни в какой аварии он не был. Просто замучили, сердце не выдержало.

- Можешь показать?

- Дашь еще на полбанки, покажу.

- Дам, даже на две.

Теперь протягиваю ему десятку.

- Пошли.

Он подводит опять меня к телу отца и откидывает сбоку простынь. На груди ровный матовый след подошвы утюга. Теперь я замечаю распухшие, совершенно синие от кровоподтеков, нелепо торчащие пальцы.

- А это что?

- Пальцы были сломаны и вывернуты на изнанку, мне пришлось их вправлять.

- Когда его привезли?

- Вчера вечером. Ты парень, давай, уходи быстрей. Врач придет, мне попадет.

- Кто же это его?

- Иди, иди.

- Если вы мне сообщите все полностью и подробно, Константин Ильич, то я действительно продам вам орден Победы.

- А вы вообще знали, что вашего отца убили?

- Знал.