Я попросила Клаву поделиться подробностями переписки.

– Что тут говорить? На черта он мне нужен? Мы с Ленчиком жили душа в душу. Но он такой гордый!

Клава настаивала на версии о Милкиной благотворительности.

– Но почему не пишет письма сама Милка?

– Она пишет, ей никто не отвечает! Она же некрасивая и толстая...

Мила, по старой дружбе, массирует спину Клаве бесплатно. Восхищается ее телом, кожей, сетует, что ей самой не повезло. Она пробовала сидеть на разных диетах, резко худела, но от них только слабела.

– А при такой тяжелой работе нужно хорошо кушать.

Я и говорю:

– Пусть чужую фотографию отправит, если ей хочется помогать пожизненно заключенным мужчинам.

– Но они же приглашают на свидание. Как можно обманывать...

– И вы ездили уже на свидание?!

– Нет, что вы, я же замужем!

– Так что же вы голову морочите мужику? Ему же все равно, какую женщину иметь, все лучше, чем никакой. Дородная Мила – прекрасный вариант. Разок бы съездила, сразу бы ясность наступила в голове.

А в жизни муж Клавы ушел уже два дня назад. В милицию он позвонил сам, чтобы не искали. Клава вернулась в образ Ренаты Литвиновой, видимо, наиболее актуальный в текущем сезоне:

– Это так серьезно! Что же мне делать?

– Для начала нужно навестить Милу. Посмотрите, нет ли там на самом деле вашего мужа? Верните ей письма. Это и будет обозначать ваш окончательный выход из игры. Вам нужно согласовать с Милой версии вашей переписки с заключенным. Потому что муж, может, у нее и не живет, но поговорить к ней придет, это точно. Когда мужчины ревнуют, они интересуются подробностями и деталями. Эх, уж больно далеко завели вас фантазии!

II

Но Мила опередила Клаву и пришла к ней сама. Она пришла вся заплаканная и растрепанная, ревела белугой, мыча и тыкая в письмо. Клава пыталась то в письмо заглянуть, то Милку приобнять – все как-то неловко выходило.