Категорически заявляю, что все от первой до последней буквы – правда!

Никаких случайных совпадений, никакого вымысла. Хватит говорить намеками и прятаться за липовыми вывесками. Читайте, узнавайте, думайте!

Я вырубил его с первого раза.

Обычно он вырубался со второго, а то и с третьего. Искрил, шипел, норовя ударить своими вольтами и амперами. Давно бы следовало его заменить на более мирный, домашний. Чтоб «щелк» – и темно.

Согнувшись, я на ощупь дополз до своего спального места и вытянул ноги.

Кайф! День выдался ужасно тяжелым, и я надеялся уснуть быстро и крепко, несмотря на колющую боль в правой пятке. Детская травма.

Мешавший на первых порах, а теперь ставший таким родным шум в трубах усыплял лучше всякого снотворного. Я в блаженстве повернулся на бок, подложил ладони под голову и закрыл глаза. Спокойной ночи, мой дорогой друг Флавиан Арнольдович, спокойной ночи…

Во сне я увидел маму. Молодую, веселую. На экране нашего старенького «Сигнала». "Санкт-Петербург, универсам «Таллиннский». Что думают домашние хозяйки о вкусе «Рамы»? Ах, эта «Рама»! Немного жестковата для сосны, но зато как обстругана!

Ни одной занозы! А какие шпингалеты, петельки… Ра-а-ма-а-а!" Мама ела раму. Хороша рама.

Я был вынужден проснуться. Точно помню, что ложился я в темноте. Сейчас же мои глаза щурились от шестидесяти свечей лампы дневного света.

Самовозгорание? Барабашка?

– А у тебя здесь ничего. Не то что у других.

Не Барабашка. Я резко повернул голову и… Вот как раз "и" мне сделать не удалось. Ни руками, ни ногами. Конечности были намертво прикручены белым пластырем к продольным брусьям моего лежбища. Мама ела раму. Крепко спишь, сынок.