- Не спишь, отец? Куда мы поедем?

- Куда-нибудь. Оставь меня в покое. Думайте сами.

- От Тэмуджина мы отрезаны. Идти к нему надо через наши кочевья. Нас поймают.

Давая понять, что не слушает сына, снова закрыл глаза. Под ногами Нилха-Сангуна хрупнул сучок - сын ушел к нойонам.

- К Тэмуджину можно пробиться, - сказал Хулабри. - Пойдем ночами, будем держаться дальше от куреней.

- Не пройдем, - вздохнул Эльхутур. - Они только и ждут, чтобы мы туда сунулись.

- И пробиваться незачем. Всем известно, Тэмуджин любит брать, но не любит давать.

Опять этот зловредный Арин-тайчжи. Видно, его жилы наполнены не кровью, а желчью... Тэмуджин как раз единственный, на кого можно надеяться. Но он не пойдет к нему. И не потому, что опасно пересекать свои кочевья, где полно найманов и людей, готовых выслужиться перед новым ханом - Эрхе-Хара. Если он найдет приют в курене Тэмуджина, найманы и Эрхе-Хара не преминут попробовать достать его там. И ханство Тэмуджина рухнет, как и его собственное. Нет, туда ему путь отрезан. Только крайняя, безысходная нужда заставит его направить коня в кочевья сына Есугея.

У него остается два пути - на ранний полдень, в страну Алтан-хана китайского, и на поздний полдень - в Белое Высокое государство Великого лета. Так называют свою страну любители пышности тангуты. Куда направиться? К Алтан-хану? Он, конечно, может помочь. Или наоборот, прикажет связать и выдать Эрхе-Хара. Смотря по тому, что ему выгоднее. А кто скажет, что выгодно Алтан-хану сегодня и что будет выгодно завтра? Тангутских правителей он не знает. Но там, в городе Хэйшуй', есть община единоверцев-христиан. Купцы общины в последние годы, пользуясь его благосклонностью, с немалой выгодой торговали в кэрэитских кочевьях. У них можно переждать лихое время. В худшем случае. А может быть, тангутские правители захотят поддержать его воинами и оружием.

[' Х э й ш у й - Хара-Хото, развалины которого были открыты П.Козловым]