Все прорицатели в один голос прочили ему победы и небывалую славу. Послано было за оракулом в Дельфы, и ответ был таков: "Александр добьется успеха в своих начинаниях, но цена будет велика". Услышав это, Александр сказал: "За славу мне не жаль никакой цены". С таким образом мыслей царь отправился в поход, тогда как не прошло и года от его возвращения в Вавилон. Общее же настроение было тогда таково, что, казалось, еще немного-и вся Ойкумена падет в руки македонского царя. Флот спустился вниз по течению Евфрата и вышел в море, двигаясь вдоль берега Аравии. Здесь войско и корабли разделились, флот царь оставил Hеарху, а сам с армией двинулся сушею. Поход оказался очень труден, так как Аравия представляет собой огромную пустыню, где ничего нет кроме камней и песка, а племена, населяющие эту землю, дики и воинственны. Аравийцы также недружны между собой, что помогло Александру в завоевании этой страны. Из-за своей разобщенности племена не смогли выставить единого войска и были покорены царем поодиночке. Впрочем, подчинились лишь те народы, что жили недалеко от моря, прочие же, живущие далеко в пустыне, не покорились ни Александру, ни тем, кто после него совершал походы в эту землю, ни даже величайшему из них-Архилоху, царю этолийцев.

LXXXI. Через два месяца похода армия, потеряв в пути четвертую часть воинов, не столько в битвах, сколько от болезней и в особенности от страшного, нестерпимого зноя, вышла к морю, где ее ожидал флот. Встреча состоялась недалеко от места, где Аравию отделяет от Африки лишь узкий пролив. Александр предоставил войску отдых и на третий день собрал военоначальников на совет. Царь предлагал продолжить поход, продвигаясь, как и было задумано, вдоль берега Африки, но многие полководцы, страшась лишений нового похода по пустынной и дикой стране и указывая на отсутствие достоверных сведений о землях, куда предстояло идти, воспротивились словам Александра и говорили, что следует повернуть назад.