Теперь посмотрите, как гибнет еще все-таки встречающаяся любовь или хотя бы влюбленность. Даже среди своих.

- Я тебя люблю, но это не совсем ты. Что-то надо с тобой сделать, потому что я тебя люблю.

- Кого ты любишь?

- Тебя. Но ты не совсем ты.

"Так трусами нас делают раздумья, и так решимости природный цвет хиреет под налетом мысли бледной", но зато мы в безопасности. Мало того, что мы одну стену построили из Мы, у нас есть еще вторая стена, второй пояс укрепления, еще более мощный: все не совсем, даже наши не совсем наши.

А вот если ничего не надо делать с человеком, что с ним делать? Представьте себе ситуацию: перед вами человек. Учить его не надо, учиться у него тоже не надо, не надо исправлять его недостатки, - ведь это продолжение его достоинств. Берешь недостаток, делаешь достоинство. Что же с ним делать? А ничего. Просто любить.

Как это любить и ничего с ним не делать? А древние говорят, что это и есть любовь. Именно тогда, когда вам с человеком ничего не нужно делать, сделать. А просто хочется с ним быть, бытийствовать совместно. Говорят, это и есть любовь, которая крепка как смерть, та, о которой мы все мечтаем. Но для этого нужно сказать, что он - он, такой, какой есть, это он со всем, что в нем есть. И даже с тем, что в нем нет, потому что просто я этого не вижу. Ну, опять я оставляю поле для творчества, для изыскания конкретных примеров. Казалось бы, что еще можно придумать? Мы забрались в самую сердцевину. Прямо разоблачили все. Где же тут еще может быть какая-то патология?

Значит, ты не ты и я не я. Это вторая. Но есть еще одна фундаментальная причина "патологии обыденной жизни". Она относится уже к области оценок, к области взаимоотношений со временем и пространством.