Англия ввела в Мраморное море флот с десантным корпусом, перебрасывала вооруженные силы с Мальты и из Индии. Потребовали считать Сан-Стефанский договор «прелиминарным» и уточнить на международном конгрессе. Англию неожиданно поддержали Франция, у коей чувство благодарности оказалось вполне "на уровне", и Италия, позарившаяся на Албанию. И даже Румыния! Пытаясь жаловаться Европе, что ее «обобрали». Требовала возврата Бессарабии и оплаты ей со стороны русских военных издержек. Израсходовав в войне материальные и финансовые ресурсы, к новой, куда более масштабной кампании Россия была не готова. Но все зависело от позиции Германии, на которую, в общем, и рассчитывали. Поддержи Берлин Россию — и все ее враги дали бы задний ход, да и Бисмарк всячески демонстрировал благожелательное отношение к Петербургу. Поэтому была достигнута договоренность о созыве конгресса в Берлине… На котором "железный канцлер" внезапно раскрыл карты и сделал крутой поворот в сторону противников России. И Берлинский конгресс в 1878 г. стал чудовищным дипломатическим поражением русских.

Условия мира изменились очень сильно. Боснию и Герцеговину оставили номинально в составе Турции, но позволили их оккупировать австрийцам. Сербия и Черногория получили независимость, однако территориальные прирезки им сократили на 60 % и сделали не за счет Боснии, а за счет Болгарии. Ее сократили втрое и поделили на две части — северная становилась автономным княжеством, южная оставалась под турками. Румынам в утешение за Бессарабию увеличили прирезки на 2 тыс. кв. км — и тоже за счет Болгарии. Порта сохранила право открывать и закрывать проливы по своему усмотрению. Из приобретений в Азии русские лишались Алашкертской долины и Баязета, отказывались от дальнейшего расширения границ в Закавказье. И оговаривалось, что турецкий долг России нельзя заменять территориальными уступками, и он не может уплачиваться в ущерб Англии и другим кредиторам. То есть такой долг не мог быть возвращен никогда. В довершение Британия преподнесла дурно пахнущий сюрприз — причиной ее ярой протурецкой позиции оказалось тайное соглашение с Портой, по которому она за защиту османских интересов получала Кипр.