Но что с того? Это децентрализованное, многоглавое, похожее на рой движение уже сумело просветить и радикализовать целое поколение активистов по всему миру. Прежде чем подписаться под чьей-нибудь программой из десяти пунктов, оно заслужило шанс посмотреть, не выйдет ли из этой хаотичной сети «осей и спиц» нечто новое, нечто совершенно своеобразное.
ЛОС-АНДЖЕЛЕС
Брачный союз денег и политики под рентгеномАвгуст 2000Речь, произнесенная в Лос-Анджелесе на Теневом съезде, в нескольких кварталах от Staples-Center, где проходил национальный съезд демократической партии. Теневой съезд продолжался неделю и рассматривал важные вопросы – например реформу финансирования предвыборных кампаний и борьбу с наркотиками, – которые крупнейшие политические партии США на своих съездах игнорировали. Речь была прочитана на заседании секции «Вызов денежной культуре».
Разоблачение корпораций – как они поглощают общественные пространства и наши бунтарские идеи, как покупают наших политиков – уже не просто занятие культурологов и университетских профессоров. Оно стало международным увлечением. Активисты по всему миру говорят: «Да-да, понимаем. Мы читаем книги. Ходим на лекции. Изучаем осьминогоподобные графики, показывающие, что Руперт Мердок владеет всем. И знаете что? Мы собираемся по этому проводу не просто расстраиваться. Мы собираемся по этому поводу что-нибудь сделать».
Поставило ли антикорпоративное движение корпоративную Америку на колени? Нет. Но и совсем несущественным оно не является тоже. Спросите Nike. Или Microsoft.. Или Shell Oil. Или Monsanto. Или Occidental Petroleum. Или Gap. Спросите Philip Morris. Они расскажут. Вернее, заставят рассказать своего вновь назначенного вице-президента по корпоративной ответственности.