– Но смог же он утопить Дювивье, – возразил Поль Рено.

– Да, но против Дювивье у него имелся материал, а чтобы выступить против тебя, ему придется лгать.

– Это привилегия газет. Журналисты лгут, но читатели им верят. И даже если не вполне верят, то каждый в глубине души считает, что нет дыма без огня. Ты не представляешь, сколько карьер рушилось из-за такого дыма. Не беспокойся, я лишь хочу с ним познакомиться, чтобы убедиться, что факты, которыми он располагает, разоблачают только Дювивье как личность, но не могут нанести удар партии и, в частности, преемнику Дювивье».

Пьер Сакс покосился на Поля Рено.

– Вообще-то я не слышал этого разговора. Ты сам мне о нем рассказал, когда я поинтересовался реакцией супруги на мой приход. Ты разоткровенничался после того, как я сказал, что серьезно собираюсь написать о тебе роман. Знаешь, у меня тогда и в самом деле была такая задумка.

– А сейчас уже нет? – спросил Поль Рено, пристально смотря на Сакса.

– Нет, – спокойно ответил Сакс.

– Почему же?

– Ты меня больше не интересуешь.

На лице Поля Рено не дрогнул ни один мускул.

– Так что же было потом? – спросил Маркус. «Супруга хозяина дома удалилась к гостям, а я подошел к нему и показал пальцами, что хотел бы получить остальную часть гонорара…»

Поль ухмыльнулся. Заметив это, Сакс прервал чтение и сказал:

– Помнишь, ты сказал тогда с издевкой: «Я сразу понял, что ты явился за деньгами». Ты в этом ни минуты не сомневался, поскольку я заявился в твой дом поздно вечером. И тебе это, конечно, не понравилось. Ты спросил: «Мы, что же, перестали доверять друг другу?» Вопрос этот показался мне несколько наивным, хотя ты имел в виду доверие, которое связывает двух мошенников и исключает доносительство. Я ответил, что дело не в доверии, просто завтра уезжаю на непродолжительное время, поэтому и пришел сегодня вечером.