Имел тогда станковый пулемет (русский) и два миномета малого калибра. Ночью подготовились, и на другой день вся бандгруппа, в том числе и я, в дневное время напали на польский костел, а в то время шло в костеле богослужение, где находилось граждан польской национальности до 200 — двести человек старых и малолетних детей, костел был окружен, и началось уничтожение граждан, был открыт огонь из пулемета в центральные двери и в окна, после чего было много уничтожено тогда граждан и детей, а которым удалось убегать, то их догоняли и убивали на ходу. Потом, после расстрелов в костеле граждан польской национальности, начался погром по селу Павловке отдельных семей бандбоевкой Оранского, где я также находился в данной бандбоевке и вместе выполнял все указания своего непосредственного начальника. Все это длилось с лета 1943 года и до осени 1943 года.

Вопрос: Где закопаны трупы гр-н польской национальности, в расстрелах которых Вы принимали непосредственное участие?

Ответ: Где я участвовал в расстреле польского населения, например, до 200 человек похоронили в селе Павловка Иванческого р-на, возле польского костела. На это мобилизовали местных жителей, выкопали большую яму с западной стороны костела и туда сносили из костела трупы. Их там закапывали всего на расстоянии от костела до 25–30 метров. Также я участвовал в расстреле семьи Стажинских на хуторе Голяндерня с. Павловки, когда их расстреляли, то было также местным жителям приказано, чтобы трупы их закопали, но я сразу после расстрела оттуда ушел, места, где похоронена семья Стажинских, я не могу указать, а также там же расстреляли старика и старуху, я после расстрела ушел оттуда, после этого оставался Оранский Спиридон и Гринь Михаил, Гошко Иван, а я ушел домой. После мы с группой банды порасстреливали, в том числе и я принимал участие в расстреле, Бурчак Антонину и ее мать-старуху, они были убиты на хуторе Михаловка с. Павловки под их домом днем, похоронили их в их огороде, недалеко от их дома.