Остается представить на суд читателей, проделавших вместе с нами долгий путь поиска Янтарной комнаты, свои соображения.

Участники советско-польской экспедиции сфотографировались на фоне лагеря во Фромборке. На память...

Начнем с того, что нет оснований считать, что Д. Е. Груба ввел нас в заблуждение. Против этого - его самоотверженная, многолетняя борьба за организацию поисковой экспедиции, работа в первой поездке в Польшу, и, наконец, полное совпадение его рассказа с увиденным нами и воспоминаниями местных жителей.

Естественно, вернувшись в Москву, мы позвонили Дмитрию Ефимовичу в Одессу и, что называется, в лоб, спросили, что он думает о результатах нашей работы?

- Я еще раз припомнил все, что было связано с событиями 45-го года, ответил он. - Нет, я не ошибся и ничего не напутал. Видимо, кроме нас, еще кто-то знал об обозе и, не в пример нам, не терял времени даром. Вспомните, сколько мы видели иностранных туристов во Фромборке и Толькимицко! Да, видимо, кто-то опередил нас. Это могли быть участники далеких событий, западные немцы, либо хорошо инструктированные "экскурсанты" из других стран.

Таков один из ответов на поставленную задачу. Но он не однозначен, напрашиваются и другие.

По рассказам свидетелей, зима с 44-го на 45-й год была исключительно холодной, лед в Вислинском заливе необычно толстым. Поскольку танковые пушки вели огонь прямой наводкой, по настильной траектории, не исключено, что снаряды рикошетировали, а обоз, попав под обстрел, рассредоточился. Потом возы поодиночке добрались до косы. Танкисты же, не видя больше цель, решили, что утопили обоз.

Не исключено, что танкисты обстреляли обоз, в котором не было ничего ценного, а захваченный ими штатский, желая спасти жизнь, обманул Грубу, сказав, что везли Янтарную комнату. Что же касается найденных в имении люстр и зеркал, помеченных двухглавыми орлами, то при таком варианте они могли и не иметь к Комнате никакого отношения, хотя и были похищены из советских музеев.