Это обстоятельство подрывало устои главной идеи Б. Д. Грекова о феодальном, классовом характере древнерусского общества, что, в свою очередь, разрушало и научные конструкции, представлявшие Киевскую Русь в виде раннефеодальной монархии. Ведь если не было крупного землевладения, то, следуя в обратном порядке логике Б. Д. Грекова, не могло быть и классов и, следовательно, государства как продукта классового общества. Поэтому с конца 1940-х годов ряд историков начали поиски новых путей феодализации и классообразования в древнерусском обществе. Итогом их стало становление концепции «государственного феодализма», окончательно оформившейся в 1950-е годы в трудах Л. В. Черепнина и его последователей. В отличие от Б. Д. Грекова, рассматривавшего становление феодальных отношений по линии формирования вотчинного землевладения и эксплуатации в его рамках обезземеленных крестьян, Л. В. Черепнин и его сторонники вели речь о формировании, прежде всего, верховной собственности на землю (персонифицировавшейся в князе, государстве и т. п.) и эксплуатации лично свободного крестьянства посредством дани-ренты. Иными словами, вся земля в Древней Руси, согласно данной точке зрения, являлась коллективной собственностью господствующего класса, осуществлявшего коллективную эксплуатацию крестьян. Одновременно представители господствующего класса могли являться и крупными землевладельцами-вотчинниками, осуществляя частную эксплуатацию лично зависимого от них населения. Концепция «государственного феодализма», призванная спасти основную идею Б. Д. Грекова о феодальном характере древнерусского общества, будет доминировать в нашей историографии до конца XX столетия.

Начало научной деятельности И. Я. Фроянова приходится на 1960–1970-е годы. Это было своеобразное время. С одной стороны, доминировала уверенность в незыблемости основных концептуальных положений, оформившихся в марксистской исторической науке и превратившихся в совокупность догматов в середине 1950-х — первой половине 1960-х годов.