Однако, если мы спросим человека, играющего у автомата, что происходит в его мозгу во время игры, то он вряд ли сможет ответить, потому что все мозговые процессы по вычислению скорости движения происходят без участия нашего сознания. Воистину наш мозг – это великолепный компьютер, который отлично справляется с такими задачами. Насколько же точно мы поражаем подвижную мишень, зависит от нашей тренированности, т. е. от тех навыков, которые уже сформировались у нас раньше.

Подобных ситуаций в нашей жизни гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Футбол, волейбол, лапта и многие другие спортивные игры также требуют непрерывной вычислительной работы мозга. В самой общей форме можно сказать, что человек улавливает определенную закономерность в том, как, куда и с какой скоростью перемещается объект в пространстве. С этой задачей вычисления скорости и направления перемещения объектов тренированный мозг справляется очень быстро. Но для того, чтобы мяч попал, например, в руки бегущего игрока, надо решить вторую задачу – все эти мозговые вычисления превратить в движения собственного тела. Скорость своего перемещения на игровом поле, направление и сила броска (а значит, и скорость полета мяча) – все это будет зависеть от решения первой задачи. Но на практике обе эти задачи выполняются одновременно. Мы переносим (экстраполируем) на наше собственное поведение ту логику, алгоритм, закономерность изменения внешней среды, которую вычисляет наш мозг одновременно с управлением нашим собственным поведением. Таким образом, умение точно и тонко строить свое поведение сообразно поставленной цели и изменениям в окружающей среде основывается на способности нашего мозга к экстраполяции. Но попробуем задать вопрос: этим свойством наделен только человеческий мозг или оно имеет широкое распространение в животном мире?

Русский ученый, физиолог-генетик Леонид Викторович Крушинский отвечал на этот вопрос однозначно.