Процесс появления консорций идет тяжело: слишком велика сила инерции вымирания, и информационный поток обреченности глушит все другие. Тем из них, с которых нация начинается, сложнее всего. Особому качеству населения в России взяться неоткуда. Так что и первые консорции будут достаточно слабыми. Последние поколения русских - если так называть населяющих Россию выросли в деформированном мире. Субъект сопротивления - нация; но нации нет, нет и осознанного сопротивления. Численность населения еще не упала ниже того минимума, за которым включаются механизмы роста. С другой стороны - нет нации - нет и механизма.

Нации меняются во времени. Со временем меняются нации. Переход от Руси к России осуществлялся как переход от нации с компонентами славяно-германскими к нации с компонентами славяно-угро-тюркскими. Новый переход будет обусловлен чисто качественными изменениями в структуре русского народа, вызванными принципиальными изменениями ландшафта.

Ценен только практический материал. Духовного наследия по сути нет. Нет исторического опыта. Две нации (900-1500 и 1350-1950) были связаны одной традицией - православной. Третьей достанется только территория - если достанется. События октября 1917 и даже 1993 годов также далеки от современных россиян, как падение Константинополя в 1453 году. Историческая вертикаль превратилась в историческую плоскость подобно экрану.

Так оно и есть - как видится. Есть население, старого народа уже нет, нового пока нет. Он будет русским - но русским с начала, без старой истории, без традиций. Не с иностранными традицией и культурой, а со своими, но с новыми своими. Культурная традиция будет сгенерирована на базе культуры прошлой, но заново одной из консорциальных групп, и только после этого распространится на все население, постепенно становящееся нацией. Подгонять и пропагандировать культурный рост бесполезно, по крайней мере до тех пор, пока эта консорция не заявит о себе, до тех пор, пока не станет ясно, что именно из всего наследия она выбрала.