Выйдя из кустарников, окаймлявших реку, они увидели недалеко впереди жалкую одинокую хижину, прислоненную к скале.

- Вот мое жилище, - произнесла молодая девушка с грустной улыбкой.

Дон Пабло вздохнул, но не сказал ничего.

Они продолжали путь вперед и вскоре вошли в хижину.

- Садитесь, дон Пабло, - проговорила молодая девушка, указывая на бутаку (Бутака - складное деревянное кресло, скамейка.), на которую гость тотчас же опустился, - я одна, отец и оба брата ушли сегодня еще до рассвета,

- Вы не боитесь, - заметил дон Пабло, - оставаться одна здесь, в глуши, среди бесчисленных опасностей, без надежды на помощь?

- Что же делать? Да и разве я уже не привыкла к такой жизни?

- Ваш отец часто так удаляется?

- Это длится всего несколько дней. Я не знаю, что его тревожит, но и он, и братья кажутся печальными и озабоченными. Они уходят, по-видимому, очень далеко, и когда возвращаются, изнемогая от усталости, то разговаривают со мной очень сурово и мало.

- Бедное дитя! - произнес дон Пабло. - Я могу назвать вам причину их дальних и продолжительных отлучек.

- Неужели вы думаете, что я еще не отгадала ее? - возразила она. Нет, нет, горизонт слишком потемнел вокруг, чтобы я не чувствовала бури, собирающейся на нас обрушиться. Но, - продолжала она с усилием, - поговорим о нашем деле, мгновения драгоценны. Что сделали вы?

- Ничего, - с унынием отвечал молодой человек. - Все мои поиски были тщетны.

- Странно, - прошептала девушка. - Не могла же эта шкатулка пропасть.

- В этом я убежден так же, как и вы. Но в чьи же руки она попала? Вот что я хотел бы знать.

Молодая девушка задумалась.

- Когда вы заметили ее исчезновение? - спросил минуту спустя дон Пабло.

- Всего несколько мгновений спустя после смерти Гарри. Напуганная шумом битвы и грохотом землетрясения, я почти лишилась рассудка, но все же припоминаю одно обстоятельство, которое может навести нас на верный путь.