Некоторые исследователи, говоря об истоках и причинах зарождения отечественной мафии, взявшей на вооружение много из арсенала преступников 30–50-х годов, в том числе их законы и атрибутику, приходят к выводу о том, что здесь имеет место чисто внешнее заимствование и сходство.

Преступники-профессионалы прошлого имели, можно сказать, более строгую "криминальную мораль", нежели "мораль" сегодняшних криминальных сообществ. В прошлом звание "вора в законе" невозможно было купить, получить по "блату", его надо было заслужить. Герой "Исповеди "вора в законе" по кличке "Лихой", оказавшись на приеме в офисе современного "вора в законе" рассуждает так: "Вот, оказывается, в чем дело. "Вор в законе" он же — глава кооператива, бизнесмен, действующий легально. А оборотная сторона медали скрыта от посторонних глаз. Неплохо придумано, но для карманников старой закалки непривычно и просто неприемлемо. Быть "в законе" означало для нас заниматься только воровским ремеслом, нигде не работая. Не говорю о том, что "боссов" ... тоже не существовало. "Воры в законе" были равны, никто не имел права давить своим опытом или авторитетом, на сходках все решалось голосованием...

Вот так одну позицию за другой сдают наши неписанные законы, что держались десятки лет. А прежде за нарушение хотя бы одного из них "босяки" своего брата вора наказывали, порой жизни лишали ...".

На трансформацию криминальной субкультуры повлиялряд факторов. Прежде всего в годы культа личности в тюрьмах и колониях оказалась значительная часть передовых людей (старые интеллигенты, революционеры, служащие, военные, работники культуры и искусства, ученые).